Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

012309

хорошо забытое старое

Присела на скамейку прозрачной автобусной остановки. Тепло. Рядом бабушка и внучка. Внучка, как водится, спикает инглишем. Бабушка - по-нашему, сменяя озабоченную напористость внезапной нежностью. Обрывки.

Что ж ты с голыми-ножками-то? Садись на курточку, на курточку садись, а то попку надует. Все девочки в колготках, а ты? Надоело мне файтать с тобой каждое утро за колготки!

Ну, что ты кушала? Банана вкусная была? Ты все сьела? Ах ты ж моя люба! А завтра я кашку сварю манную - будешь итать? Или пэйнкейк?

Что на математике было? А ну, расскажи бабушке, какие там цифры?
Ну ты трай, трай, надо траять, все делают ошибки, ничего страшного!

Никто тебе из мальчиков не говорит, что красивая девочка, красивые глазочки? Бусики красивые, Аланочка.

Забудь за этот кросс-шмосс. Тебе это не надо!!!

Моя люба, похудела. А когда ты похудевшая, ты некрасивая. Щечки должны быть.

Говори все по-русски, а то видишь - она нас понимает!

Не дружи с Джулией!!! Скажи - нет и все. У тебя есть дома чоклат, у тебя все есть. И мама купит!

Сиди на курточке, штоб попку не надуло. Курточка красивая у тебя. Ты красивая у меня, любочка моя.

Форгет Диана! Она не существует для тебя!!!

автобус пришел.



Подумалось, что уныние - это, скорей, подростковое качество. Подросток-молодой-ещенестарый человек глубоко на дне души уверен, что все должно быть хорошо. Что все образуется. Что все еще будет. Эта цепкая вера, входя в противоречие с действительностью - рождает отчаянье, разочарование, тоску. Старик уже не заглядывает вперед и не ждет хорошего, оставаясь благодарным тому, что было и ценя простые вещи, которые всегда, почему-то, оказываются самими важными. Усталость - да. Но не уныние.


А еще на днях мы с Сашкой ехали в такси. Водитель был сама любезность. Открыл двери, закрыл двери, открыл окно, закрыл окно. Спел песенку, рассказал стишок, навел порядок в бардачке, отодвинул свое и правопассажирское кресло, придвинул взад, дал нам пятнадцать визиток и регулярно уточнял, всем ли мы довольны. По пути он высовывался из окна и весело орал - как дела - вздрагивающим прохожим. Разговаривая с нами, поворачивался всем телом и устанавливал eye contact. Звонил по телефону и снова пел и даже шшшикнул на от ужаса расхохотавшихся нас. Проезжал на красный, путал следы, но довез. Дала ему на чай - за избавленье.


А еще - наша "по образу и подобию" потребность создавать новые миры и контролировать неподвластное, в итоге, должна, кажется, привести к тому, что в будущем, когда (и если) решатся все сегодняшние проблемы, люди будут порхать в небесах и жить долго - единственным верным и освященным законами и обрядами способом ухода станет самоубийство. Как апофеоз собственного достоинства, как пик человеческой власти над живым.
пятачок!

FESTIVUS

Замечательный декабрь. Шарф все еще вяжется (я быстрая, только у меня все время кончается время или нитки). А в одну из прошлых пятниц в конторе случилась ежегодная пирдуха – когда за барский счет народ прихорашивается и вечером кормится. Вообще-то, кормят нас чаще. Но вот – халявный маникюр, педикюр, причесон, макияж в широком смысле этого слова – да, это традиция. Я ее избегала ровно до прошлого года, когда не удержавшись, пошла и наклеила себе ресницы. Держались они около недели, а потом стали выпадать печальными птичьими лапками. Но первый день было необычно. Правда, я руководила процессом – сказала, чего я хочу – только ресницы и красную помаду. А в этот раз, вдохновленная фужером и фурором прошлого года – решила войти в реку еще раз. Причем, легким манием руки – велела макияжной кудеснице – твори, что хочешь, удиви меня и порадуй. Когда я очнулась от щекотки кисточек и встретила свое отражение, сил хватило только на то, чтобы не дрогнувшим голосом поблагодарить и вылететь из заведения. Стремительным шагом я шла по 86 стриту и мне было больно от каждой витрины и каждого взгляда смертных. Я была прекрасной зомбей – восставшей из мертвых куртизанкой с бледным ликом, перерезанным по диaгонали румянами цвета заката. Вишневая помада причудливо извивала мой бесчувственный рот, черные стрелки, словно следы от тяжелых гусениц бронетранспортеров, транспортирами (боже, какая игра слов) обрисовали пустые нецветные глаза. Неодолимое желание вернуться в сонм живых завело меня в косметический отдел нашего местного Универмага – где высокие стулья у рядов с тенями и помадами призывали опробывать товар лицом. Отворачиваясь от зеркал, я встретилась взглядом с девушкой в форме, которая, видимо, профессионально, похвалила мою маску. Кстати об этом, - ухватилась я , - Вы должны мне помочь... Девушка кивнула, сказав, что, пожалуй, да, все это несколько слишком – и велела закрыть глаза. В какой-то момент, сквозь тени коротких ресниц, я видела склонившиеся надо мною фигуры универмажных мэйкапартистов – тяжелый случай. Все смыли, вернули меня к жизни и наотрез отказались брать деньги, феи эдакие. Так что на парти я была, как всегда, выдержанно роскошна и, не взирая на подагру (ага, у меня аристократическое заболевание суставов, свойственное пожилым королям – делайте выводы) и 4 яблочных мартини, смогла ,не шатаясь, пройти на каблуках в отдыхательную комнату так, что на обратном пути мои сотрудники вскричали – ю лук горджес :)

NE MOGU OSTAVLYAT' KOMMENTARII - IZVINITE.
ukraine

Американские штучки

Вот, откопала свое старое письмо, где пыталась по пунктам собрать бытовые мелочи, на которые обращала внимание сразу же после приезда в Штаты. Потом глаз примораживается, привыкаешь. Да и в Украине теперь (по сравнению с 2001 годом) кое-что изменилось. Мобильниками, к примеру, не удивишь никого. И банкоматы появились, и супер-пупер маркеты. Но об этом, может, в другой раз. А пока – спысочек.

Мили, паунды, фаренгейты, инчи. До сих пор знаю свой рост и вес приблизительно (молчу уже о ребенкином). Первое время каждое утро начиналось с небольшого математического священнодействия – температура в Фаренгейтах минус 32 и разделить на 1.8 – получаем родные Цельсии. Теперь выкристаллизовалось интуитивное ощущение – типа 68 F – приятно прохладно, 84 – жаркоповато, 100 – ужас и кошмар. Кстати, почему же Дюймовочка? Инчовочка должна была бы быть. Слово "дюйм" не встречалось пока.

Конструкция унитазов. Там всегда вода. Это ввергало в паническое состояние не одно поколение иммигрантов из бывшего Союза. Забился! Что делать, как жить дальше! А унитазы с турбосливом – это отдельная пестня. Это ощущение разверзнувшейся вдруг бездны, этот звук взлетающего самолета. Немало нервных клеток утеряно.

Другое напряжение в сети. Нет 220 вольт. Драгоценный японский фен пришлось выкинуть. Даже с переходником он отказывался работать в таких условиях.

Длинные прямоугольные подушки в противовес нашим привычным квдратным. Я их полюбила, их можно намотать себе на руку, руку под голову – и сладко спать.

Огромные чепчикообразные чехлы на кровати вместо простыней. Удобно, не сползают. Зато скомкивается заменяющая пододеяльник простыня, на которую сверху кладется одеяло. (Хотя, если очень захотеть, то, ясное дело, в Нью-Йорке можно купить и квадратные подушки и пододеяльники)

Слово футбол ассоциируется тут не с тем, о чем можно было бы подумать. Это американский футбол. А тот, наш, называется обидным словом сокер.

Землю и питьевую воду надо покупать. Нам надо было посадить цветы – не знали, где землю взять. Пошли было в парк рядышком, так нам сказали – низзя, идите в магазин и покупайте. Хотя воду я пью из под крана. Только маме не говорите. Мам, я ее отфильтровываю через фильтр!

Некуда присобачить лампу в ливинг рум. В гостиной. Только напольная через розетку. А так, к потолочку чтоб привинтить – нет.

Подозрительно нескисающее молоко, непортящаяся сметана. Не к добру, думаю. Но факт остается фактом.

Ковровые покрытия, жалюзи. Не нужны спички, чтобы зажечь газ. Там всегда горят фитилечки, надо только повернуть ручку – и зажжется. Первую ночь в пустой квартире в Нью-Йорке я с ужасом обнаружила, что газ в плите горит. Потом догадалась, что так и надо, зря спички покупала.

Гигантские порции еды в ресторанах и забегаловках. Много толстых.

Разнообразие лиц, рас, расцветок. Небрежность в одежде. Однако, ухоженные волосы и ногти.

Хлопья с молоком по утрам. Не мое. А ребенок любит.

Невероятное количество макулатуры в почтовом ящике. И не жалко им деревьев.

Бесконечная реклама по телефону. Можно записаться в список не желающих получать такие звонки, правда. Но я не стала – помогает практиковаться в языке.

Запахи. Чистящие средства, всякие смягчатели тканей, освежители, жидкие мыла и прочее. Это все теперь есть и в Украине. Но, повторяю, список на момент приезда в 2001 году. Другого и не могу составить. Ведь теперь все это мне не ново, разница в глаза так не бросается, и не бросится ужо.

Мебель на улице. Кто-то купил новый диван, старый вынес, на улице оставил. Кто-то увидел, забрал. Нормально. Компьютеры, холодильники. Некоторые так себе обстановочкой и разжились.

Всякие мувинг сэйлы, гараж сэйлы, флии маркеты – часто при церквях, синагогах. Бывает просто интересно побродить, можно найти что-то необычное.

Система съема квартир.

Люди с кулечками, подбирающие какашки за своими собаками. Специальные корзинки с такими кулечками в парках.

Почти полное отсутствие кошек на улицах. Их, очевидно, заменили белками. Последних – навалом. Движения у них резкие, как в брэйк-дэнс, хвосты пушистые серые.

Сравнивая с Украиной – отсутствие вообще бездомных, бесхозных собак на улице. В Харькове то и дело наткнешься на стаи дворняг.

Спиртное на улице только из бумажных пакетов. Однако же, вопреки этому жесткому правилу, когда мы слушали концерт оркестра Нью-Йоркской филармонии в Централ Парке, не пили только дети. Все остальные, не то, что из пакетов – а из прихваченных с собою бокалов, фужеров и стаканов.

Знаменитые улыбки. На самом деле, ничто иное, как полный аналог нашему blank face при встрече со взглядом незнакомца. Демонстрация незлобливости и отстутствия любых притязаний.


Ко всему вышеперечисленному я бы добавила еще -
- поедание пирожных и тортов вилками
- бросание мокрых зонтиков на пол под ноги себе - в метро или автобусе
- выдача в дождливую погоду специального кулечка для зонтика (мокрого) на входе в большой магазин
- поголовная наушнизация - все в наушниках и с плеерами - одинокие в толпе
- никто никому не уступает мест
- люди стараются соблюдать дистанцию - близко не придвигают лицо, стараются обойти - отсюда "сплошные экскъюзы" - то есть извинения - если ты проходишь мимо кого то ближе той самой невидимой дистанции - ты всегда говоришь - Экскьюз ми - извините!
- разнообразие и доступность блюд разных кухонь мира - все знают, что есть китайская, японская, мексиканская, испанская, польская (кстати, с компотом), еврейская, русская и прочая еда.
- публичные библиотеки - вообще отдельная история - ну просто я их люблю и все. Видео прокат бесплатный = кассета может быть целую неделю - и фильмы обновляются и бывают совсем свежачки - прошлого года! Книги до 35 штук за раз - на три недели (потом можешь продлить). Тут же бесплатный Интернет, часто разные курсы - от заполнения налогов до английского для иностранцев.
- роль интернета - без него невозможно - погода, новости, проверка счета в банке, общение, учеба, подача всяких заявлений, билеты в театр, грин-кард, игры, покупки.
- ЮПС - юнайтед постал сервис - четкая работа почты, доставка на дом - по всему городу мотаются коричневые машинки, доставляющие посылки домой, в том числе и те, что были заказаны через Интернет
- система распродаж, купонов на скидки товаров, фирменных карточек магазинов и прочие игры с ценами на товар
- гигантское количество салонов для ногтей и парикмахерских
- прачечные самообслуживания (ладнроматы) - при домах или на каждом шагу автономно
-аптеки, где можно купить почти все плюс отправить деньги Вестерн Юнион
- праздничное декорирование улиц и домов
-цветы везде
- невозможность вызвать врача на дом
- бюрократизм - очень много писем и всяких бумаг
- у всех мобильные телефоны - даже у детей
- кредитные карточки, банки, счета, заемы - все живут (пусть недолго - потом выплачивают) - но в долг
- оказывается, жизнь невозможна без бумажных полотенец. Вытирать стол, руки, нос, пыль, хомячиную клетку, заворачивать бутерброд и еще много чего, - все ими, в них – полотенцами,в полотенца.
- санитайзер – такая протиралочка для рук, убивающая микробы (по крайней мере, так говорят)
- и мужчины и женщины мажут губы бальзамом, холодные зимние ветра и кондиционированный воздух вызывают сухость кожи. Потому нередко можно увидеть мужественного дядечку, достающего из кармана мужественную помаду, привычным движением проводящего по пересохшим без макияжа губам…

Наверняка, есть что- то еще, но я, чего-то, подустала. Иссяк источник.