Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

мартышка думает

5 вопросов.

В поле моего весьма неглубокого, но щедро рассеянного внимания ветром занесло. Давайте, подумаем? Как в благословенные времена ЖЖ Ренннесссанннсссу!

1, Если бы школьная программа по литературе могла бы быть ограничена одной книгою - какая бы это была книга?

2, Над какими книгами Вы плакали?

3, Хохотали?

4, Самая, на Ваш взгляд, переоцененная книга ближайших к нам 100 лет.

5, Недооцененная?


Ждуответовкакщеноккатлетов!

UPDATE: так как странички в ЖЖ переворачиваются быстро и никто не возращается ко вчерашним записям, отвечу и я.

1, Книги о Гарри Поттере. Мне кажется, Роулинг написала гениальную книгу, совершенно невероятно выстроенную сюжетно - с переплетающимися линиями, кругами и возвратами, с взрослеющими героями, с глубоким философским смыслом, где на пике внимания постоянная схватка добра и зла и необходимость собственного выбора и непреодолимость предназначения. Все эмоции, все сюжеты - библейские, могучие, мифологические - все здесь. И семилетка увидит в книгах одно, одиннадцатилетний - другое, старшеклассник - третье. Особенно, если читать том за томом, вырастая вместе с Гарри и компанией.

2, Очень много. Я плакса. Три товарища. Идиот. Воспоминания о Цветаевой. Белый Бим.

3, Тоже много. Довлатов. Бабель. Ильф и Петров. Жванецкий. Венечка Ерофеев. Не помню.

4, Мастер и Маргарита. Я на эту тему уже распространялась - так что http://avrorakreyser.livejournal.com/261484.html

5, Понятия не имею - это ж надо ВСЕ прочесть, чтобы понять, что из этого всего достойно большего.
redhead

(no subject)

МОЙ РОМАН

Кто любит прачку, кто любит маркизу,
У каждого свой дурман,-
А я люблю консьержкину Лизу,
У нас - осенний роман.

Пусть Лиза в квартале слывет недотрогой,-
Смешна любовь напоказ!
Но все ж тайком от матери строгой
Она прибегает не раз.

Свою мандолину снимаю со стенки,
Кручу залихватски ус...
Я отдал ей все: портрет Короленки
И нитку зеленых бус.

Тихонько-тихонько, прижавшись друг к другу,
Грызем соленый миндаль.
Нам ветер играет ноябрьскую фугу,
Нас греет русская шаль.

А Лизин кот, прокравшись за нею,
Обходит и нюхает пол.
И вдруг, насмешливо выгнувши шею,
Садится пред нами на стол.

Каминный кактус к нам тянет колючки,
И чайник ворчит, как шмель...
У Лизы чудесные теплые ручки
И в каждом глазу - газель.

Для нас уже нет двадцатого века,
И прошлого нам не жаль:
Мы два Робинзона, мы два человека,
Грызущие тихо миндаль.

Но вот в передней скрипят половицы,
Раскрылась створка дверей...
И Лиза уходит, потупив ресницы,
За матерью строгой своей.

На старом столе перевернуты книги,
Платочек лежит на полу.
На шляпе валяются липкие фиги,
И стул опрокинут в углу.

Для ясности, после ее ухода,
Я все-таки должен сказать,
Что Лизе - три с половиною года...
Зачем нам правду скрывать?

прекрасный Саша Черный
молчу

(no subject)

Знакомство с любимым писателем может удивить и разочаровать - как если вы, любитель йогурта, молока и масла, познакомитесь с коровой и будете долго недоумевать каким образом из этого рогатого, вонючего и бодливого существа добываются тонкие сыры и сливки к клубнике.

(c)friend_horatio
via strogaya_anna

хотя я коров очень люблю! у них глаза красивые!



и писателей! некоторых!!!
AK

(no subject)

Не помню такого трепета вокруг Иосифа Александрыча в маях прошлых лет. Юбилейное? Непосебекакто.

,,,мой голос, торопливый и неясный,
тебя встревожит горечью напрасной,
и над моей ухмылкою усталой
ты склонишься с печалью запоздалой,
и, может быть, забыв про все на свете,
в иной стране - прости! - в ином столетье
ты имя вдруг мое шепнешь беззлобно,
и я в могиле торопливо вздрогну.


ИБ




Когда похоронный патруль уйдет
И коршуны улетят,
Приходит о мертвом взять отчет
Мудрых гиен отряд.

За что он умер и как он жил -
Это им все равно.
Добраться до мяса, костей и жил
Им надо, пока темно.

Война приготовила пир для них,
Где можно жрать без помех.
Из всех беззащитных тварей земных
Мертвец беззащитней всех.

Козел бодает, воняет тля,
Ребенок дает пинки.
Но бедный мертвый солдат короля
Не может поднять руки.

Гиены вонзают в песок клыки,
И чавкают, и рычат.
И вот уж солдатские башмаки
Навстречу луне торчат.

Вот он и вышел на свет, солдат,-
Ни друзей, никого.
Одни гиеньи глаза глядят
В пустые зрачки его.

Гиены и трусов, и храбрецов
Жуют без лишних затей,
Но они не пятнают имен мертвецов:
Это - дело людей.

Р.Киплинг (перевод К.Симонова)
tiger eye

(no subject)

Я говорю, устал, устал, отпусти,
не могу, говорю, устал, отпусти, устал,
не отпускает, не слушает, снова сжал в горсти,
поднимает, смеется, да ты еще не летал,
говорит, смеется, снова над головой
разжимает пальцы, подкидывает, лети,
так я же, вроде, лечу, говорю, плюясь травой,
я же, вроде, летел, говорю, летел, отпусти,
устал, говорю, отпусти, я устал, а он опять
поднимает над головой, а я устал,
подкидывает, я устал, а он понять
не может, смеется, лети, говорит, к кустам,
а я устал, машу из последних сил,
ободрал всю морду, уцепился за крайний куст,
ладно, говорю, но в последний раз, а он говорит, псих,
ты же летал сейчас, ладно, говорю, пусть,
давай еще разок, нет, говорит, прости,
я устал, отпусти, смеется, не могу, ты меня достал,
разок, говорю, не могу, говорит, теперь сам лети,
ну и черт с тобой, говорю, Господи, как я с тобой устал,
и смеюсь, он глядит на меня, а я смеюсь, не могу,
ладно, говорит, давай, с разбега, и я бегу.


B.СТРОЧКОВ
ukraine

(no subject)

опять шнег. уютными тяжелыми хлопьями. вроде как там, наверху, кто-то собрал флэш-моб и отчаянно бьется подушками. к нам долетают перья-перья-перья.

Весны бы?

Сашка сидит с таблицей Менделеева. Я: а знаешь, что Менделеев был отцом в законе одного великого русского поэта. Саша - конечно, Достоевского.
Ну чем мы хуже Януковича? А?

швинка

датаподходящий стих!

Даниил Хармс. О надоедливой Фирфафусе Гоминой

Ни одна в меня красотка
Не бывала влюблена.
Вдруг нежданная находка:
Фирфафуся Гомина!

Сам не знаю, что случилось,
И не знаю, кто она,
Только знаю, что влюбилась
Фирфафуся Гомина.

То письмо ко мне напишет,
То летит ко мне сама.
В ухо мне желаньем дышит
Фирфафуся Гомина.

Опустив устало веки,
Шепчет в ухо мне она:
"Я твоя, твоя навеки
Фирфафуся Гомина!"

Я же мощною рукою
Отстраняю прочь ее,
Прикрываю х.. ногою,
Восклицая: "Не твое!"

А она: "Ты мне отрада!
Я твоя, твоя навек!"
Я кричу: "Отстань! Не надо!
Я женатый человек!"

А она: "Женат? Авось ли?
На! Возьми! Употреби!"
Я кричу: "Возьмёшь, а после
Не докажешь alibi!

Ну тебя! Пошла в болото!"
И, поддав ее ногой,
Прямо в дверь без поворота
Вышиб вон. Вот я какой!

Да, я вел себя примерно,
Выше страсти и толпы,
Я скажу, и будет верно:
"Мы супружества столпы".

Но я требую ответа
На вопрос мой: чья вина,
Что в меня влюбилась эта
Фирфафуся Гомина?

18 февраля 1936
sad

С миром.

Как кони медленно ступают,
Как мало в фонарях огня!
Чужие люди, верно, знают,
Куда везут они меня.

А я вверяюсь их заботе.
Мне холодно, я спать хочу;
Подбросило на повороте,
Навстречу звездному лучу.

Горячей головы качанье
И нежный лед руки чужой,
И темных елей очертанья,
Еще невиданные мной.

Осип Мандельштам
ukraine

(no subject)

он был из плоти, он был из крови
он мёрз - зима
и на младенца сквозь дыры в кровле
смотрела тьма

дым над трубою свивался в кольца
крутил, вертел
звенели мухи и колокольцы
не спал вертеп

не спали люди, трава, деревья,
речная муть,
и ночь стояла, от удивленья
забыв уснуть

блестела в сумраке шея бычья
гудела печь
мир был заношен до неприличья
валился с плеч

волхвы талмуды свои листали
осел вопил
судьба чернела над ним крестами
своих стропил

казалось, всё ожидало знака
и час настал
Мария пела, архангел плакал
ребенок спал.


Мария Протасова